Ст 108 УПК РФ

Статья 109 (сроки содержания под стражей)

Временное ограничение свободы передвижения выступает некой гарантией, что принцип правоохранительной системы – наказуемость деяния будет исполнен.

Уголовно-процессуальный кодекс допускает несколько вариантов нахождения под стражей, различающихся по временному промежутку:

  1. Ч. 1 статьи гласит, что на время проведения расследования максимально допустимое время для взятия под арест — 2 месяца. При этом ч.2 уточняет, что объективные причины, мешающие завершению следствия, это явное основание продлить действие принятой меры до 6 месяцев. Тут же присутствует оговорка, что полгода ─ не предел. Если расследуется тяжкое или особо тяжкое преступление, есть возможность продлить введённое ограничение для лица и на более длительное время.
  2. Ч. 3 уточняет, что существуют исключения из установленных правил. Они относятся к раскрытию особо тяжких деяний. Здесь судья может назначить меру в виде ареста до 12 месяцев. Для получения такого решения необходимо присутствие в обстоятельствах расследования ряда особенных факторов.
  3. Ч. 4 предписывает, что по прочим категориям дел продлить срок нахождения человека под стражей будет невозможно.

Содержание под стражей по УПК РФ производится по чёткому порядку, равно как освобождение и продление.

Кодекс запрещает продлевать срок данной меры дольше 12 месяцев в общей сложности (кроме исключительных случаев). Обвиняемого обязаны отпустить, если разрешённый законом срок ареста вышел.

Решение судьи по прошениям такого типа может быть:

  • о продлении ─ при отсутствии нарушений и наличии оснований;
  • об отказе в ходатайстве.

Общее количество времени ареста подозреваемого будет определяться двумя датами: днём, когда вынесли решение об аресте, и днём, когда вынесли обвинительный приговор.

В конечной дате допускаются изменения, так как не всегда расследование дела заканчивается обвинением именно того лица, которое первоначально подозревалось. Здесь окончание срока заключения может определяться датой снятия обвинений или освобождением лица. Соответственно период с даты взятия под арест и до завершения следствия не может превышать установленный законом срок пребывания под стражей.

Правовое положение разъясняет, что в особенных случаях срок идёт беспрерывно.

Речь идёт о ситуациях:

  1. Лицо временно задержали и чуть позже назначили меру пресечения ─ нахождение под арестом. Первые дни ареста зачтутся в общий период под стражей.
  2. Первоначально была назначена мягкая мера, а после её изменили на заключение. Срок мягкой меры в виде ареста в домашних условиях войдёт в течение срока в ИВС (изолятор временного содержания).
  3. Подозреваемого направили на лечение в психиатрическое учреждение из КПЗ (камеры предварительного заключения) или ИВС. По аналогии с предыдущими случаями, время, проведённое на принудительном лечении, войдёт в общее исчисление срока задержания.
  4. Подобное правило используют при первоначальном задержании на территории иностранного государства, осуществлённом как оказание международной помощи и исполнение соглашений. Арест правоохранительными органами иностранного государства может быть произведён по запросу РФ. Время под стражей и на перевозку арестанта будет засчитано в общий период предварительного заключения.

Законодатель устанавливает чёткие действия по исчислению времени задержания, включая повторные аресты. Такие задержания могут производиться в разное время в рамках одного или нескольких пересекающихся уголовных материалов.

Временной промежуток здесь будет восприниматься как общее течение срока с перерывом, когда лицо отпускали из-под стражи.

Тут устанавливается общее течение срока. Принимая решение об установлении повторного ареста, судья обязан будет учитывать и первоначальное время, проведённое обвиняемым под стражей. Такое положение затрагивает аресты и задержания, осуществлённые в рамках одного или нескольких смежных уголовных дел. Если физическое лицо проходит фигурантом в разных уголовных делах, то и срок ареста по ним будет считаться отдельно.

Ст. 109 УПК РФ регулирует особенности рассмотрения этого вопроса. Запрещено рассматривать данный вопрос в суде, на котором не присутствует сам подозреваемый или обвиняемый. Единственное исключение ─ это когда основное лицо, которому выбирают меру ограничения, находится на лечении в психиатрическом учреждении и, по прогнозам специалиста, ещё долго будет там. Если фигуранта дела объявляют в розыск, решить вопрос о его нахождении под стражей смогут, когда он будет найден и доставлен в суд.

Выбор меры пресечения и установление периода её действия допускается только судом.

Ходатайство должно включать не только прошение, но ещё и указание на конкретный вид пресечения, а также чёткий временной период. Судья изучает обоснованность и оправданность такого требования, после чего озвучивает своё решение.

Правовой комментарий к статье 109 УПК РФ

Ст. 109 УПК РФ с юридическими комментариями ─ это уточнения по основным положениям нормы. Наиболее используемый и часто применяемый срок ─ 2 месяца. Если этого периода окажется мало для вынесения обвинительного заключения, можно подать прошение об увеличении назначенного первоначально срока до 6 месяцев. Общее время содержания под арестом превысить полгода не может. Исключительные случаи ограничения свободы допускаются до 1 года.

Они затрагивают область особо тяжких преступлений. Ведь наказание по этой категории деяний самое жёсткое: смертная казнь или пожизненное заключение. В законодательной норме присутствуют свои рамки допустимого. В сложных расследованиях предельное время пребывания под стражей подозреваемого ─ 18 месяцев. Это предел, допускаемый законодателем. Если не удастся доказать вину лица, находящегося под стражей, все подозрения снимаются, а следствию придётся искать другого преступника. Расследуемое преступление должно отличаться особенной сложностью. Должны быть веские основания полагать, что фигурант обязательно попытается скрыться.

Ходатайства такого типа обязательно должны быть составлены и подписаны от имени руководителя прокурорского отделения региона.

Рассматривать ходатайства об избрании меры пресечения законодательство позволяет только районным судам или аналогичным им военным ведомствам.

Ведущие юристы-консультанты говорят, что продлевать время нахождения под арестом более чем на 18 месяцев невозможно, и не должно допускаться следственными органами. Даже если человек будет находиться один день сверх законного срока в ИВС, адвокат уже имеет право требовать его срочного освобождения и писать жалобу.

Комментарии к статье уточняют, что действующий УПК устанавливает сроки содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых исключительно для стадии расследования. Порядок ареста во время судебного разбирательства к этой правовой норме не относится, ведь речь идёт о разных процессуальных этапах.

Сроки использования ограничительных мер на стадиях дознания и судопроизводства регулируются другими правовыми нормами. Примечательно, что период рассмотрения завершённого дела не имеет временных рамок для содержания под арестом.

При назначении пресечения скрытия преступника используется установление времени ─ сутки и месяцы. Течение времени начнётся со дня, когда человека фактически взяли под стражу.

Весь перечень оснований для удовлетворения ходатайства изложен в статье 97:

  • появление новых обстоятельств, из-за чего документы отправили на доследование;
  • возвращение дела из суда с требованием устранить недостатки или препятствия;
  • адвокату и подсудимому не хватило времени изучить собранные материалы по делу.

В комментарии к статье отмечается, что немедленное освобождение человека после истечения установленного периода ─ это обязательное требование уголовного процесса.

Примеры практики: судебные решения и приговоры по статье 109 УПК РФ

Судебную инстанцию не ограничивают по времени содержания человека под стражей. Он будет находиться там до окончания судебного процесса. Однако Конституционный суд РФ в своих разъяснениях указал требование для Российских судов: каждые 3 месяца рассматривать вопрос об объективности действующей меры до вынесения приговора.

Сроки пребывания граждан РФ под стражей в период разбирательства по уголовному делу, на всех стадиях процесса, имеют строго установленные период. Но Конституционный суд РФ в своих Определениях от 6 июня 2003 г. N 184-О, от 15 июля 2003 г. N 308-О, от 23 апреля 2013 г. N 548-О и от 22 апреля 2014 обращал внимание на то, что имеет место закон без чётких сроков допустимого содержания под стражей, и его применение нельзя расценивать как конституционное нарушение прав гражданина.

Естественно, правоохранительные, следственные и судебные органы обязаны знать действующие правовые положения по срокам содержания под стражей. При рассмотрении сложных дел суд может воспользоваться исключениями из этого правила и принять жёсткое решение об ограничении свободы. Однако ущемление прав человека, даже если он подозреваемый или обвиняемый, не допускается.

Исходя из существующей на сегодняшний день практики принятия решений по мерам пресечения, можно сделать следующие выводы:

  1. По категориям лёгкой тяжести деяний содержание под стражей не назначается.
  2. Строгая мера применяется в 100% случаев при тяжких и особо тяжких преступлениях.
  3. Для средней тяжести проступка избрание такого вида мер составляет 50% на 50%, в зависимости от личности подозреваемого и иных обстоятельств по делу.
  4. Рассматривая вопрос о мере пресечения, суд обязан учитывать объективность и необходимость такого решения в каждом отдельно взятом случае.

Перечисленные факторы говорят, что далеко не во всех ситуациях применяется подобная мера удержания подозреваемого.

Сейчас суд начал активно использовать домашний арест как гарантию, что лицо будет находиться в поле зрения следствия до окончания разбирательства. Только стоит помнить, что для вызова лица следственные органы заранее высылают извещение.

Если человек хоть один раз не явится по такому уведомлению, следователь имеет полное право поднять вопрос об изменении назначенной меры на более жёсткую – содержание под стражей.

Комментарии и консультации юристов по ст. 109 УПК РФ

По поводу разного исчисления срока содержания под стражей на стадиях дознания и судебного разбирательства юристы-практики уточняют, что в случае, если будет вынесен обвинительный приговор, лицо может рассчитывать только на то, что срок нахождения под арестом во время следствия и судебного разбирательства будет зачтён в общий период лишения свободы. Например, если В.А. Лебедев находился под стражей 3 месяца до передачи материалов дела в суд и ещё 4 месяца в процессе судебного разбирательства, нельзя говорить о превышении периода ареста в 6 месяцев. Будут считаться отдельно 3 месяца и отдельно ─ 4.

Юристы советуют обратить внимание, что с 31 декабря 2017 года обрела законную силу новая редакция Уголовно-процессуального кодекса. Она не принесла кардинальных перемен, скорее больше технические, затрагивающие некоторые перечни документов и процессуальную организованность мероприятий.

Консультативные разъяснения юристов говорят, что сам подозреваемый должен внимательно следить за следующими моментами:

  • в каком порядке выносилось решение о заключении под стражу;
  • в какой день он заключён под стражу (точная дата);
  • по какому перечню оснований была назначена подобная мера пресечения, на какой временной промежуток, что изменилось за прошедшее время.

При нарушении фактора объективности во время вынесения решения по этому вопросу любой защитник имеет полное право подать обжалование на такое решение суда.

Практикующие юристы при возникновении вопросов о продлении стражи по УПК оперируют в суде таким положением, как презумпция невиновности. Согласно этому краеугольному камню уголовного права, любое сомнение в виновности человека трактуется в его пользу. Судебная практика показывает, что подобные «манёвры» со стороны адвокатов в 60% уголовных дел приводят к отказу в удовлетворении прошения о продлении предварительного заключения. Ведь суд руководствуется исключительно представленными ему материалами, фактами и доказательствами, а не мнимыми угрозами. Косвенные улики, указывающие на конкретное лицо, могут означать, что ему изменят меру пресечения на более мягкую.

Сегодня следственные органы и судебные инстанции тщательно следят за соблюдением временных сроков содержания потенциальных преступников под стражей. Хотя вопросы об обоснованности применения именно этой меры вместо не домашнего ареста или залога по-прежнему остаются.

Даже если суд удовлетворил ходатайство о заключении под стражу, всегда есть возможность обжаловать такое решение, если подозреваемое лицо не давало повода думать, что оно намерено скрыться от правоохранительных органов.

Задержка лица под арестом более установленного времени ─ это не что иное, как причинение материального и морального вреда. В таких ситуациях, человек имеет право обратиться в суд с заявлением о восстановлении справедливости и возмещении соответствующего ущерба.

Проблемные вопросы заочного ареста при избрании меры пресечения — заключение под стражу Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

УДК 343.13 ББК 67.311

ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ ЗАОЧНОГО АРЕСТА ПРИ ИЗБРАНИИ МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ — ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПОД СТРАЖУ

МАРАТ АСЛАНБИЕВИЧ КУНАШЕВ,

адъюнкт Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя

E-mail: marat.kunashev@mail.ru Научная специальность 12.00.09 — уголовный процесс Рецензент: Земскова А.В., доктор юридических наук, профессор

Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН

Аннотация. Рассматриваются проблемы, возникающие при реализации норм действующего уголовно-процессуального законодательства об избрании меры пресечения — заключение под стражу. Проводится сравнительный анализ норм, регламентирующих порядок избрания данной меры пресечения, содержащихся в международных актах и национальном законодательстве. Рассматриваются вопросы заочного ареста.

Ключевые слова: Заочный арест. Мера пресечения. Полномочия суда. Полномочия следователя.

Keywords: Correspondence arrest. A preventive punishment. Powers of court. Powers of the inspector.

К числу основополагающих конституционных принципов уголовного процесса относится состязательность сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 15 Уголовно-процессуального кодекса РФ — далее УПК РФ). Основу этого принципа составляет разделение функций защиты, обвинения и разрешения дела.

Состязательность предполагает равноправие сторон обвинения и защиты перед судом и корреспондирующий объем прав и обязанностей сторон, которые образуют определенное соотношение (ч. 4 ст. 15 УПК РФ). Помимо этого, в уголовном процессе можно выделить и соотношение объема прав участников уголовного судопроизводства по отношению к функциям и задачам, которые стоят перед ними. Речь идет, прежде всего, о государственных органах и вопросе достаточности их полномочий для успешного выполнения стоящих перед ними задач.

Проблемы, возникающие на практике при применении норм, регламентирующих порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, позволяют говорить о наличии необоснованного, как представляется, расширения полномочий суда в сравнении с однородными полномочиями органов предварительного расследования.

Так, ч. 4 ст. 108 УПК РФ запрещает рассмотрение ходатайства о заключении обвиняемого под стражу без обеспечения его реального участия в судебном заседании. Исключение сделано только для случаев, когда обвиняемый объявлен в международный розыск (ч. 5 ст. 108 УПК РФ). Это решение законодателя, на наш взгляд, сомнительно, поскольку стоящие перед правоохранительными органами задачи по уголовному преследованию лиц, объявленных в международный розыск, и лиц, находящихся в розыске внутригосударственном, идентичны. В этом смысле устанавливать

различные процедуры для применения мер процессуального принуждения для таких лиц вряд ли оправданно.

Сторонники приверженности Европейским ценностям прав человека и прав обвиняемого, оправдывая введение и наличие в законе данной нормы, приводят некоторые примеры, когда обвиняемый якобы не зная о том, что его разыскивают правоохранительные органы, вдруг неожиданно для себя, находясь в другом регионе России, вдали от места производства расследования, оказывается под стражей в пенитенциарном учреждении вне места расследования на основании решения, вынесенного заочно.

Но если критически рассмотреть этот аргумент, то гораздо более тяжелые последствия для обвиняемого может иметь его заключение под стражу в другом государстве, вдали от родины, по решению опять же принятому пусть и судом, но без его участия, с перспективой находиться «за решеткой» на протяжении длительного времени пока компетентные органы двух государств определят порядок и выполнят все законодательные процедуры обоих стран для его экстрадиции.

Согласно постановлению Пленума Верховного суда РФ от 19 декабря 2013 г. N° 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключение под стражу, домашнего ареста и залога» (далее постановление Пленума Верховного суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 41), в числе основных источников, содержащих нормы, регулирующие вопросы заключения под стражу на стадии досудебного и судебного производства, названы Конституция РФ, Международный Пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. (далее Пакт 1966 г.) и Конвенция о защите прав и основных свобод от 4 ноября 1950 г. (далее Конвенция 1950 г.). При этом ни в одном из трех перечисленных нормативных актов нет предписаний, обязывающих суд выносить решение о заключении обвиняемого под стражу в его присутствии. Между тем, по отношению к УПК РФ данные нормативные акты обладают большей юридической силой. Более того, положения Конвенции 1950 г. (ст. 5) и Пакта 1966 г. (ст. 9) не содержат требований о том, что решение об избрании меры пресечения в виде заключении под стражу должно приниматься исключительно су-

дом. Так же нет в названных международно-правовых актах какого-либо запрета на вынесение судами вышеуказанных решений заочно. Содержащееся в ч. 3 ст. 5 Конвенции 1950 г. и в ч. 3 ст. 9 Пакта 1966 г. правило о незамедлительном доставление к судье лица, заключенного под стражу, и требование о необходимости судебного разбирательства в течение разумного срока после задержания вполне выполнимы и при принятии заочного решения об аресте с последующим немедленным доставлением арестованного (после его розыска и фактического задержания) в суд для обеспечения права изложения своей позиции по избранной в отношении него мере пресечения. Из этого можно сделать вывод, что предписания ч. 2 ст. 22 Конституции РФ о том, что арест допускается только по судебному решению и тем более 48-ми часовое ограничение задержания никак не продиктовано требованиями Конвенции 1950 г. и Пакта 1966 г. и является отечественным толкованием международной нормы о праве арестованного «в срочном порядке доставляться к судье».

В частности, и в Конвенции 1950 г., и в Пакте 1966 г. говорится, что право на доставление к судье имеет арестованный или задержанный. В ч. 3 ст. 5 Конвенции 1950 г. провозглашается, что каждый задержанный, арестованный, после фактического задержания имеет право предстать перед лицом, наделенным судебной властью. Практически такое же положение содержится в ч. 3 ст. 9 Пакта 1966 г. Указанные нормы вполне ясно можно понять так, что арестованный по решению компетентного органа (не обязательно суда) имеет право на судебное рассмотрение данного решения уже после (но никак не перед и не во время) принятия решения об аресте. Видимо, международная практика правоприменения совершенно обоснованно пришла к выводу, что обязывание правоохранительных органов доставлять в суд обвиняемого для его ареста, если последний намеренно скрывается либо совершил очевидное тяжкое преступление, сделает невозможной одну из основных функций правоохранительных органов — оперативную изоляцию от общества общественно опасных лиц. Исходя из чего можно сделать вывод о том, что международные акты допускают доставление в суд лица, в отношении которого уже принято решение об аресте.

Вестник Московского университета МВД России

№ 10 / 2015

Исходя из опять же буквального толкования, международные нормы оставляют на усмотрение национального законодателя определение момента и органа, который может принимать решение об аресте, требуя только обеспечить арестованному (задержанному) возможность срочно предстать перед судом.

На практике предписание правоохранительным органам в течении 40 часов, а именно таким сроком фактически ограничено в ч. 3 ст. 108 УПК РФ время, в течении которого перед судом должно быть возбуждено ходатайство об аресте, приводит к принятию необоснованных, преждевременных решений о постановке перед судом соответствующих вопросов. Причем это проявляется либо в возбуждении необоснованных, немотивированных ходатайств, либо в том, что ввиду недостаточного количества времени, следователю не удается собрать требуемые данные о личности подозреваемого (обвиняемого), которые свидетельствовали бы о необходимости его изоляции от общества, вследствие чего вопрос об аресте перед судом органом не ставится. Так, по результатам 2014 г. по 27% ходатайств следователей и дознавателей органов внутренних дел МВД по Кабардино-Балкарской Республике об избрании меры пресечения в отношении обвиняемых (подозреваемых) — заключение под стражу, судами отказано в удовлетворении в связи с необоснованностью1. В итоге это приводит к тому, что лица, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления объявляются в розыск с мерой пресечения не связанной с лишением свободы. Так, только в МВД по Кабардино-Балкарской Республике в 2014 г. расследование по 125 тяжким преступлениям приостановлено производством по п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, в связи с объявлением в розыск2.

Как представляется Верховный суд РФ, понимая отсутствие в Конституции РФ и международных общеобязательных актах вышеописанных ограничений, для облегчения работы судебным органам и, видимо, в ответ на их предложение с мест, ввел фактически новую норму о том, когда еще, помимо случаев прямо указанных в УПК РФ, возможно принятие решения о заключении под стражу в отсутствии лица. Речь идет о подпункте «г» п. 14 постановления Пленума Верховного суда

РФ от 19 декабря 2003 г. № 41 о том, что избрание ареста допускается в отсутствии лица в суде вышестоящей инстанции, когда осужденный должным образом извещенный о времени и месте судебного заседания туда не явился. Однако, не ясно чем этот случай отличается от случая, когда на стадии предварительного следствия подозреваемому, например, вручена повестка о предстоящем предъявлении обвинения в порядке ч. 2 ст. 172 УПК РФ или просто о необходимости явки к следователю (дознавателю) и подозреваемый или уже обвиняемый, намеренно скрывается от органов расследования, не появляясь по своему месту жительства, нарушая избранную подписку о невыезде или данное обязательство о явке. Как представляется, если бы в рассматриваемом подпункте «г» убрали слово «вышестоящий», а слово «осужденный» заменили на слова «подозреваемый, обвиняемый», то эта проблема была бы так же решена фактическим разрешением заочного ареста на стадии предварительного расследования без каких-либо нарушений Конституции РФ, УПК РФ, Конвенции 1950 г. и Пакта 1966 г.

Кроме того, согласно действующему законодательству не допускается принятие заочного решения о заключении под стражу в отношении обвиняемого, который, будучи задержанным в порядке ст. 90—91 УПК РФ, совершил побег при конвоировании в суд для рассмотрения вопроса о заключении под стражу. Нонсенс, но такого обвиняемого должны найти и доставить в суд для соблюдения процедуры ареста, при этом опять же, неясно возможно ли его повторное задержание в порядке ст. 90—92 УПК РФ. В этом видится существенное противоречие. Так, если обвиняемый скрылся от суда в период нахождения уголовного дела в производстве суда (ч. 2 ст. 238 УПК РФ), то суд может в отношении него заочно избрать меру пресечения в виде ареста. Если же обвиняемый скрылся и (или) совершил побег на стадии предварительного следствия, то заочный арест невозможен. С чем вряд ли можно согласиться.

Таким образом, выявленные проблемные вопросы заочного ареста при избрании меры пресечения, диктуют необходимость совершенствования действующего уголовно-процессуального закона.

Литература

1. Конституция РФ.

2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.

3. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

4. Международный Пакт «О гражданских и политических правах» от 16 декабря 1966 г.

5. «Конвенция о защите прав и основных свобод» от 4 ноября 1950 г.

6. Статистические сведения ИЦ МВД по Кабардино-Балкарской Республике.

1. The Constitution of the Russian Fédération.

Гражданский процесс. Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности 030501 «Юриспруденция» / ; под ред. Л.В. Тумановой, Н.Д. Амаглобели. 8-е изд., пере-раб. и доп. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2015. 599 с. (Серия «Dura lex, sed lex»).

Раскрыты основные темы курса: сущность и источники гражданского процессуального права, гражданские процессуальные правоотношения, участники и сроки судопроизводства, порядок и особенности его ведения. Рассмотрены основные положения арбитражного процесса, нотариата, третейского суда, а также порядок обращения российских граждан в Европейский суд по правам человека.

Особое внимание уделено порядку рассмотрения гражданских дел в судах апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, а также по делам о пересмотре по новым или вновь открывшимся обстоятельствам судебных постановлений, вступивших в законную силу.

Для студентов, аспирантов и преподавателей высших и средних специальных учебных заведений юридического профиля, а также для всех инте-ресующихся вопросами гражданского процесса.

2. Criminal Procedure Code of the Russian Federation.

4. International Pact «On Civil and Political Rights» from 16.12.1966.

5. «The Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms» from 04.11. 1950.